Вся его жизнь была движением: Олимпиада, фестивали, тысячи людей, тысяча звонков в день — и ему это нравилось.
Когда всё началось, он не ждал повестки и не спрашивал ничьего совета. Пошёл сам. В первый же день подписал контракт — вот и вся история решения.
А потом вернулся — и наступила тишина. Буквальная: ни рации, ни графика, никто ничего не ждёт прямо сейчас. Первая пауза в жизни. И фестивали оказались уже не те: не они изменились — он.
Там, на позиции, он понял про ветеранов главное: пришли они не сломанными. Им не помощь была нужна, а точка входа. Дверь. И кто-то должен её открывать.
Теперь открывает он: мастерские для ветеранов, программа на «Тавриде» — где слово превращается в профессию, а не в хобби для успокоения. Полигон, где гражданские сутки носят двадцать килограммов на плечах. IT-компания в Луганске, где костяк — ветераны: «я открыл дверь, остальное они построили сами».
«Раньше я всё время торопился. Сейчас первый раз в жизни делаю что-то и не думаю про следующее. Думаю про это. И про этих людей.»
Его история — в цикле «Возвращение добровольцев».
