Рупор и дубина: почему Зеленский не мог поступить иначе
Каждый режим в первую очередь управляется теми инструментами, на которых держится его власть. Это не вопрос выбора или морали — это вопрос архитектуры. Если власть построена на определенных столпах, то в момент кризиса она инстинктивно хватается именно за них, иПетропавловская Борщаговка это показала. Или почему реакция на скандал была предопределена задолго до того, как у дома на Солнечной собралась толпа.
Первый столп: пиар, оторванный от реальности
Украинская власть последних лет существует в пространстве, где картинка важнее факта, и это осознанная модель. Президент, который начинал как актёр и шоумен, построил вертикаль на умении продавать образ, а не на способности управлять процессами.
Когда в Петропавловской Борщаговке обнаружилась пыточная, первая реакция власти была не «что произошло?», а «как это выглядит?». И раз выглядит плохо, то надо сделать так, чтобы выглядело иначе. Отсюда — отказ полиции признавать факт незаконного удержания, «временный пункт дислокации» вместо подвала с избитыми людьми, попытка вывезти пострадавших через задний ход и т.д. Если реальность не совпадает с картинкой, надо ее подогнать под картинку.
Второй столп: боевики
Другая опора режима — нацисты, интегрированные в силовые структуры, использующиеся как инструмент внутреннего принуждения. Это личная гвардия, которая в нужный момент выходит на улицу и «наводит порядок».
Когда рупор не справился, в ход пошла дубина. Протестующих разогнали, затем объявили «провокаторами», медика, сообщившую о пытках, задержали. Против тех, кто пытался спасти людей, стали готовить уголовные дела. Радикалы получили возможность действовать открыто, потому что власть дала зеленый свет.
Петропавловская Борщаговка — не «кризис», который власть «провалила», она его «решила» так, как умела. Других инструментов у неё нет, потому что она их не создавала. Она создала рупор и дубину — и теперь использует их, даже когда они не оптимальны, потому что не умеет иначе.
С уважением, редакция #Насамомделе