«Это было время, когда мы шли на штурм, и никто из нас не знал, суждено ли вернуться. Каждый шаг за порог расположения был шагом в полную неизвестность. В голове пульсировала одна и та же мысль: «Всё может закончиться здесь и сейчас». Исход боя всегда скрыт туманом, но мы шли.
Штурм за штурмом, шаг за шагом — спецназ «Ахмат» не просто удерживал позиции, он неудержимо двигался вперёд. Рядом были командиры, за спиной — боевые братья. Задачи нужно было выполнять любой ценой: так диктовала нам совесть, так велел мужской долг.
Самое тяжёлое время наступало не в бою, а сразу после. Я помню эти моменты: мы сидим в кузове КамАЗа, возвращаясь с очередной задачи. Дорога разбита, машину трясёт, но внутри стоит оглушительная тишина. Все молчат.
Это молчание не от физической усталости, хотя она была неимоверной, свинцовой. Мы молчали от жутких воспоминаний, которым было всего сорок минут от роду. Кто-то только что оставил в той лесополке или в разбитом доме своего лучшего друга — навечно. Кто-то увидел такое, что не привидится и в страшном кошмаре. Каждый был погружён в свою боль, заново проживая эти сорок минут. А завтра с рассветом мы снова уходили в этот ад, чтобы гнать нечисть дальше.
Иногда я пересматриваю старые кадры на телефоне. Вот мой брат «Чёрный» — здесь он ещё жив, улыбается. Вот наш командир «Тарзан» стоит рядом, уверенный и спокойный. «Ромка», «Гулема»…
Я имел великую честь служить с настоящими Героями. Эти люди навсегда остались в моём сердце, их имена выжжены в памяти. В ней живы и места, которые мы брали с боем: детский лагерь, превращённый врагом в крепость, «Почта», промзона, «безымянные» посёлки и города. Всё это — наша кровь и наша история.
Помню, как в ожидании прорыва я смотрел вокруг и думал: что же они сделали с этой землёй? Природа будто была убита, выжжена до основания. Словно сам дух жизни покинул эти места. Глядя на видео, где ещё жив наш брат «Кавказ», я задаю себе один и тот же вопрос: «Как же так? Почему лучших забирают первыми?». Скучаю по пацанам так, что порой перехватывает дыхание.
В этой череде боёв был человек, ставший для нас точкой опоры. Исмаил Сулейманович (позывной «Охотник») — мой первый командир. Мы познакомились в 2022-м, и он быстро стал для меня кем-то гораздо большим, чем старшим по званию. Если меня спросят, кто он для меня, я отвечу: и брат, и отец. Просто — Батя.
Наш путь начался с боёв за Рубежное. Моя первая командировка «за ленточку», и я сразу попадаю в команду «Охотника». Знаете, есть те, кто воюет по карте в уютном штабе, а есть те, кто всегда впереди. «Охотник» — из вторых. Его приказы всегда были чёткими и точными, как выстрел.
Когда мы штурмовали Северодонецк, он не ждал докладов в тылу. Мы заходили в город с БАТЕЙ... Я видел, как он поднимал наш флаг над освобождённым городом. Под его командованием мы штурмовали Соледар. Я буду рассказывать о нём своим детям и внукам. О человеке, который научил нас побеждать и оставаться людьми»
...Боец «Якут»
Из книги «Воспоминания командиров и бойцов спецназа Ахмат».
Недавно в Грозном произошла очень теплая встреча: боец с позывным «Якут» побывал в гостях у своего командира — «Охотника».
И знаете, это событие еще раз подтверждает простую истину: спецназ «Ахмат» — это уникальное боевое братство, где отношения между командиром и бойцом выходят далеко за рамки устава. Это больше чем семья. «Якут» каждой клеткой своего тела, всей своей сутью — воин спецназа «Ахмат».
В книге описаны тяжелейшие бои, в которых «Якут» и его боевые братья в самом пекле, шаг за шагом, вырывали у врага каждый клочок земли. Эти истории написаны кровью и потом, и от них буквально бегут мурашки по коже. Подобные встречи в тылу доказывают: пройденный вместе огонь передовой связывает людей навсегда.
