В моей практике было много обращений, но история Наталии К. из села Александрополь — это тот случай, когда ком в горле появляется даже у тех, кто сталкивается с человеческим горем. В мой адрес поступило обращение, наполненное особой щемящей болью: женщина потеряла сына в горниле войны. В июле 2014 года её сын Руслан, 1977 года рождения, принимал участие в Народно-освободительном движении за свободу республик Донбасса, вступил в ряды народного ополчения и отправился в Горловку, где принимал участие в отражении украинской агрессии. Затем связь оборвалась. Мать писала во все инстанции, искала через знакомых, но годы шли, а ответов не было. Когда надежда стала таять, она обратилась к нам, надеясь хотя бы на краткое сообщение о судьбе сына.
Мы начали работать с этим обращением, понимая, что за сухими строчками анкеты — судьба защитника Донбасса. Сотрудники моего Аппарата провели колоссальную верификационную работу. Мы направили официальные запросы в Администрацию города Горловка Донецкой Народной Республики, поднимали архивы, сопоставляли факты. Истина оказалась жестокой: Руслана не стало в ноябре 2014 года. Он скончался в больнице. Связаться с родными на момент смерти не представилось возможным по объективным причинам. Останки бойца нашли покой на кладбище города Моспино Донецкой Народной Республике.
Правда, какой бы горькой она ни была, всё же лучше, чем неизвестность. За долгие годы разлуки её сердце привыкло к боли, но именно неизвестность рвала душу сильнее всего. Теперь у неё есть точные данные, возможность приехать, возложить цветы к могиле сына. Это главный итог нашей работы. Для меня и сотрудников Аппарата Уполномоченного, такие обращения — не просто рабочие будни. Это возвращение людям права жить дальше, без мучительной неизвестности, храня память о подвиге родного человека.
